Ранние христиане были «книжными» людьми. В сравнении с другими религиозными группами, только евреи могут сравниться с христианами в использовании написанных текстов на богослужениях. Хотя в первые столетия нашей эры далеко не все христиане были грамотными людьми, они производили тексты для общего чтения вслух во время собраний, а также компактные варианты (зачастую повторно используя папирусные свитки) для личного чтения в поездках. За первые три столетия своего существования христианские авторы произвели не менее двухсот документов и это при том, что христиане были относительно небольшой группой среди римского населения. Аналога подобной практики среди других религиозных групп в римской империи просто не существует.

       Лари Хуртадо известней британский специалист в области текстологии констатировал: «От других религиозных движений тех дней, таких как митраизм или культ Юпитера Долихена, к примеру, сохранились остатки многочисленных святынь и дарственных надписей, но нет текстов. От раннего христианства, однако, не осталось никаких известных церковных построек или надписей до третьего века, но сохранился огромный список текстов. Это еще одно свидетельство того, что раннее христианство отличалось от, по крайней мере, большинства других религиозных групп того времени» (Destroyer of the Gods: Early Christian Distinctiveness in the Roman World).

       Отличительной особенностью посланий ранних христиан была их длинна и содержание. К примеру, послание к Римлянам почти в два раза длиннее самых длинных сохранившихся писем Цицерона и Сенеки. Вероятно, получатели послания к Римлянам были более удивлены его длинной, нежели содержанием. Даже критики Павла признавали, что его письма представляют больший вес и авторитет, чем его физическая внешность и ораторские способности (2 Кор. 10:10). Среди философских и религиозных групп никто не использовал эпистолярный жанр для обучения так, как христиане. На копирование одного манускрипта послания к Римлянам переписчику необходимо было около 12 часов, а это значит два-три дня работы. Для некоторых из нас переписывание текста от руки стало непривычным и даже забытым занятием.  Очевидно, что произведение и распространение таких текстов требовало времени и финансовых затрат. Поэтому авторы детально обдумывали то, что они публикуют, ведь у них не было возможности тут же что-то исправить или пояснить. Общественная почтовая система не существовала, что означало развитие сети посланников между церквями и даже за ее пределами, так что с христианскими апологиями были знакомы и языческие мыслители, такие как Цельсий.

       В первые два столетия нашей эры распространенной формой литературы были свитки. Однако среди христиан ширился прототип того, что мы сегодня называем «книгой», так называемый кодекс со сшитыми страницами. К примеру, во втором столетии 95% всей нехристианской литературы сохранялось на свитках, тогда как 75% христианских текстов хранилось в кодексах. Более того, именно тексты Писания (Ветхого и Нового Заветов), которые предназначались не для личного пользования, а для богослужений, копировались в кодексах. Другие богословские произведения записывались на свитках. Такое предпочтение кодексов над свитками у христиан явно шло в разрез тогдашней моде на свитки. Фактически христиане задавали новые тенденции в книгоиздательстве и опережали своих светских современников в использовании передовой технологии. Они экспериментировали с разными способами сшивания листов папируса – сшивая сложенные пополам листы каждый по отдельности, сложенные в одной стопке или в несколько стопок. Кодексы могли включать несколько книг в отличие от традиционных свитков. Таким образом, ранние христиане адоптировали использование кодексов для своих богослужебных нужд. Производство кодексов, однако, требовало не только навыков письма, но нужно было высчитать необходимую длину папируса, порезать на страницы, записать текст в правильном порядке с обоих сторон (в отличие от свитка) и затем сшить.

       Еще одной уникальной чертой христианских рукописей было использование nomina sacra. Это литературный прием, при котором имена лиц Троицы сокращались до первой и последней буквы с черточкой поверх этих букв. Например, имя Иисус в греческом манускрипте сокращалось до ΙΣ (ΙΗΣΟΥΣ). Такое написание символизировало почтение к имени Бога, подобно той практике, которая существовала в еврейской письменности.

Из этой исторической справки можно подчеркнуть три урока:

  1. Книги долговечнее камня. Хотя каменные постройки свидетельствуют о некогда великих религиях, отсутствие письменных источников нивелирует их значимость для следующих поколений. Не смотря на развитие средств визуализации и кино, христиане должны оставаться приверженцами письменного Слова как инструмента Божьего откровения. Видимые образы, демонстрируемые на экране, обкрадывают наше воображение, так что человек, воспитывающийся на видео, начинает мыслить навязанными ему образами. Я не против киноиндустрии, но она никогда не заменит чтения Библии и хорошей литературы.
  2. Христиане за прогресс. Последователи Иисуса оказались более дальновидными и опережали светский прогресс в распространении литературы. В эпоху высоких технологий зачастую христиане отстают от общества и с большой сложностью внедряют новинки. Однако реалии карантина заставляют христиан обратить внимание на цифровые технологии и адаптировать их под свои нужды. Стоит, однако, воспользоваться примером ранних христиан и быть про-активными в развитии технологий для славы Божьей и распространения евангелия.
  3. Дорожить словом. Социальные сети порой напоминают помойку недомыслей, где бездумно бросаются словами. Если бы нам пришлось платить за свои публикации в социальных сетях как за трудоемкий и затратный процесс написания кодекса, то мы более ответственно относились бы к тому, что мы публикуем. Современные социальные сети упрощают коммуникацию и распространение идей, но вместе с тем обесценивается и слово. Часто мы не задумываемся о том, что и как написать, бросаемся словами, новостями, идеями. Если бы каждый задумывался, заслуживает ли его или ее пост в фейсбуке того, чтобы быть записанным от руки в кодексе на десятилетия, наши дискуссии были бы более предметными и полезными.

 

Д-р Эдуард Борисов

Директор магистерской программы «Библейские и богословские исследования»

Талботская школа богословия ‒ Киевский филиал

Университет Байола (США)